Трагедия бакинской восьмиклассницы Элины Гаджиевой, убившей себя [...], раскрывает новых негодяев. Одно за другим. Первые - это сверстники девочки, педагогический состав 162-й школы и домашнее окружение, не заметившие душевных мук ребенка.

Потом негодяи - непосредственное руководство школы, которые два часа не вызывали к живой еще девочке скорую медпомощь, пытаясь допросить ребенка, чтобы наверное, снять  с себя вину, найти того, на кого можно ее переложить. Врачей винить за то, что не пускали маму в палату к девочке неправильно, ведь как известно вход в реанимационную запрещен для всех не медиков, крики мамы покалеченной девочке, может под наркозом, пользу бы не принесли.

Потом опять негодяйство, уже конкретно директора школы, которая после гибели девочки настоятельно советовала журналисту по телефону написать о распутстве мамы Элины, словно от этого вина школы уменьшается. Дальше - Министерство образования, в котором директорами работают отъявленные проходимцы, если знать, что таких директоров и завучей у нас хватает для статистической уверенности в сказанном.

Теперь новый круг негодяйства - сброд выдающий себя за журналистов, во главе с главредакторами. Кто-то из этого мусора раздобыл видеозапись с школьной камеры, на которой видно как девочка [...]. Сегодня в мусорной сети добытчики хвастали тем, что первыми получили эту запись и распространили. Объяснять им аморальность демонстрации этой записи, еще и распространения не имеет смысла, надеюсь, что Совет прессы соберется и примет решение, как принимал когда закрывали доступы в сайты и некоторые СМИ.

Завтра обнаружится следующий негодяйский круг, хотя что его обнаруживать, если внутренности следователей, всех погонников народу известны. Мой вопрос: откуда прессомусорщики раздобыли видеозапись, которая является вещдоком возбужденного уголовного дела о доведении до самоубийства? Как запись попала к мусорным рукам? Разве видеодоказательство не должно быть изъято следователями, после чего разглашение этих данных  может быть только после  разрешения суда?

Насколько все прогнило, что трещит одно за другим, проваливая все внешне красивое, мраморное здание с памятными досками на стене у входа

[Отредактировано модератором интернет-СМИ "Кавказский Узел"]