ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА.

Одной из возможных причин снижения числа жертв конфликта на Северном Кавказе стало изменение тактики вооруженного подполья. От организации терактов в людных местах боевики перешли к точечным атакам на представителей силовых структур и власти, отмечает политолог Эмиль Паин.

"Составляемые "Кавказским узлом" сводки боевых действий показывают, что в значительной мере сокращение жертв связано с изменением стратегии и тактики боевиков. Вместо подготовки крупномасштабных террористических актов в публичных местах, которые обычно были связаны с гибелью гражданского населения, боевики сосредоточились на точечном уничтожении своих основных противников - представителей правоохранительных органов и органов власти", - заявил Эмиль Паин в интервью "Кавказскому узлу". 

Он напомнил, что изменение тактики было анонсировано лидером северокавказского вооруженного подполья Докку Умаровым еще в начале 2012 года.

"Похоже, что его тактика принята к сведению. Понятна природа этого изменения - она дает гораздо большие политические преимущества боевикам, чем прежние операции в многолюдных местах. Резко упало недовольство населения этими террористическими актами, потому что жертв среди мирного населения стало меньше", - отметил политолог.

Кроме того, возросла сама частота атак подполья, напомнил Эмиль Паин. "Это видно по вашим же данным. И это создает у общественности впечатление перехода оппозиционных вооруженных сил в атаку", - сказал политолог. 

На Северном Кавказе сам факт увеличения частоты террористических актов, даже с уменьшением численности жертв, - достаточное основание для продолжающегося роста критики правоохранительных органов, отметил политолог. 

На первом месте среди республик Северного Кавказа по количеству жертв конфликта уже несколько лет находится Дагестан. Республика - безусловный лидер еще и по количеству терактов, констатировал Паин.

Напомним, в 2012 году общее число жертв конфликта в Дагестане по данным из открытых источников - не менее 695 человек. В первом квартале 2013 года жертвами конфликта стали не менее 108 человек, в 2012 году за этот же период - 116 человек. 

Какой-то одной причины, объясняющей эти данные, нет, считает Эмиль Паин. "Здесь (в Дагестане - прим. "Кавказского узла") всегда был более высоким уровень религиозного фундаментализма, чем в любой другой части. Здесь, как известно, самый высокий уровень этнической чересполосицы. Здесь исторически накопились всякого рода конфликты, в том числе и территориальные. Здесь властям невозможно обеспечить хоть на какое-то время мобилизацию, как это удается в этнически однородных республиках", - отметил политолог.

Эмиль Паин также поставил под сомнение точность официальной информации о снижении числа жертв конфликта в Чечне.

Напомним, за прошлый год, по данным открытых источников, жертвами конфликта в Чечне стали 174 человека, в первом квартале этого года - не менее 37 человек, за аналогичный период 2012 года – 78 человек. 

"У меня есть некоторые сомнения в надежности сведений именно по этой республике. Если используется данные из прессы, явно подконтрольной местным властям, то возникает искажение, связанное с явным преуменьшением количества жертв", - подчеркнул политолог, заметив, что социологические исследования, проводимые в Чечне, также демонстрируют "заведомое искажение данных в сторону приукрашивания ситуации".

"Из этого социологи делают вывод о существовании систематического искажающего фактора, связанного со страхом. Мне кажется, что и в данном случае существует определенное преуменьшение, которое не согласуется с другими показателями, и количество терактов все-таки возросло", - сказал Эмиль Паин. 

"Я могу сказать, что, к сожалению, во всех регионах юга России есть достаточный запас нестабильности", - отметил Паин.